фото предоставлены группой

18 января московская группа Car­di­nal выпустила свой долгожданный полноформатный альбом “Омут”. Я очень его ждал еще с момента выхода их первой EP в 2014-м. За эти четыре года многое изменилось, хоть они и отрицают это в какой-то степени, но музыка стала другой точно: на место сочного стоунер-замеса пришел фюнеральный дум-метал с русскими текстами и женским вокалом, не сказать, чтобы я ждал чего-то подобного, и все же это удивительно, что альбом вышел, что он хорош, что на альбоме есть один безусловный шедевр — одноименная песня. 

Накануне московской презентации я поговорил с Алексеем Мергановым и Чаком Зе-Греатест о том, как в группе появилась вокалистка, что их вдохновляло во время записи и почему вдруг они запели на русском.

* * * 

Ваша первая EP вышла в 2014-м, а дебютный полноформатный альбом выходит только сейчас. Почему такой большой перерыв получился?

Чак: Все очень просто. Когда мы собирали EP, то мы особо не задумывались и все делали быстро. Потом пришло время осмыслить музыку, которую мы действительно хотим играть. И мы быстро поняли, что это не то же самое, что играть панк-рок, метал или хардкор. Рок-музыка — это нечто более многогранное, что ли. Мы хотели быть как британская новая волна металла 80-х и Black Sab­bath одновременно. То, что мы делаем сейчас, это самая взрослая музыка во всех аспектах.

Алексей:  Период был необычайно переломный для меня, двигались громадные плиты под ногами, нужно было держать себя достойно и идти вперед. Это, конечно, отражалось на скорости создания материала. Тем не менее, был проделан огромный труд всей группой. Мы много времени уделяли живому исполнению, ведь это был основной тон звучания альбома. Нам не хотелось синтетического, напыщенного и стреляющего звука. И поверь, это весьма мудрено, не поддаться моде и зазвучать КАРДИНАЛЬНО самобытно.

Правильно ли я понимаю, что этот перерыв связан и с переменами в составе?

Алексей: Были перемены лишь в лучшую сторону. Мы даже не думали разбегаться или кого-то заменить. Чаку виделось женское исполнение, мне же нравилось, как мы голосим на пару. Так или иначе, мы не отказываемся от идеи, пока её не попробуем.

Чак: Да. Мы действительно долго пытались найти вокалистку, перепробовали много вариантов. Мы просто хотели стать нечто большим, чем просто студийный проект.

Давайте об этом подробнее. Расскажите, как в группе появилась София, ведь она пришла в Car­di­nal не сразу, до этого вокалисткой была Людмила Шилова из Hell­spin, а на EP вообще пели вы вдвоем.

Чак: Идея возникла спонтанно. На самом деле, есть какая-то мистика в подобного рода музыке с женским вокалом. C Cоней мы сошлись совершенно случайно, через знакомых. Она вообще не из этой сцены. Она просто запела, и мы прифигели. У нее все-все взаправду. Мы всегда хотели быть мрачнее и звучать так, как сейчас. Просто понадобилось время.

Алексей: Люся мне тоже нравилась, она хорошо звучала. Но не скажу, что она успела стать нашей вокалисткой. Я лишь позанимался с ней над вокальными партиями к паре-тройке песен.

Cardinal
Чак Зе-Греатест

Для альбома вы перезаписали 2 песни, вы практически отказались от блюз- и стоунер-элементов, музыка стала ближе к классическому думу (даже кавер на Pen­ta­gram есть). С чем это связано?

Алексей: Меньше всего мы думали о каких-то элементах. Оригинал Be fore­warned я вообще послушал уже после записи альбома. Это был мой небольшой эксперимент. Вообще, мы просто слушали любимые группы периода 50–70-ых годов, и, так или иначе, это откликалось в песнях. Лично для меня это были Cac­tus, Rare Bird, Spooky Tooth, Emer­son, Lake & Palmer, ну и, конечно, мои любимые Deep Pur­ple.

Большая часть песен из альбома исполняется по-русски. Легко ли вам дался этот переход на русский язык? В чем причина этого перехода?

Алексей: Когда мы только начали работу над первым EP, я мыслил так: зачем писать текст, если уже все давно написано и отлично подходило под нашу музыку. На самом деле, перехода на русский как такового и не было, ибо мы не собирались петь на английском постоянно. Многие мою позицию знают — русский язык очень красив и мелодичен, это как раз то, что нужно для песни. И чем больше команд начнут использовать свой родной язык, тем больше хороших работ мы услышим. Очень колкие и душевные тексты у Башлачева, Талькова, Летова, Максима Трошина.

Чак: Это вызов. Ну и это правильно. Русский текст дисциплинирует,  заставляет вслушиваться и потом повторять слова.

Тяжело ли работать с высокой поэзией? Что это для вас – эксперимент, творческая задача, цель, которую нужно достичь? Большая ли это ответственность для вас ставить в один ряд лорда Байрона и собственные произведения?

Чак: Байрон нам симпатичен по части глубины текстов, это факт. Но мы не соперничаем, скорее, вдохновлены.

Алексей: Высокая, невысокая… среди первого эшелона есть и бездари. Легко работать с тем, что нравится и резонирует с тобой. Нет никакого страха облажаться, Байрон отличный мастер слова, но и мы не лыком шиты.

Алексей проповедует естественное звучание инструментов и ударных. Объясните профану, что это значит?

Алексей: Понимаешь, вся магия рока в сгустке эмоций, искренности, здесь все понятно, но и немаловажно быть в физическом контакте с музыкой,  а тут в дело вступает аналоговый тракт обработки звука. Это зачастую идет в разрез с нынешними установками звуковой индустрии, где присутствует философия идеально склеенного дубля вместо идеально сыгранного или философия стерильного модного микса вместо самобытного.

Пока еще слаб в воздухе дух эксперимента нового времени. Этим были похожи 70-ые и 90-ые. Я очень люблю эти периоды в музыке. Когда я нахожу, откуда растут ноги, это вдохновляет, например Deep Pur­ple словно передали эстафету Soundgar­den, и они продолжили традиции, но на новой волне. Помимо самого исполнения мы надолго зависли над сведением и мастерингом. Альбом пересводился и мастерился много раз, пока мы не получили то, что устраивает абсолютно всех, ибо я считаю что компромисс — это провальных ход, и здесь нужно КАРДИНАЛЬНО новое решение.

Алексей Мерганов

Я помню последний месяц работы над Омутом. На этапе мастеринга я использовал магнитофон 1971 года TEAC, для него раздобыл более десятка разных кассет, от их типа пленки зависело звучание. Магия состояла в том, что у пленки свое понятие времени, и каждый дубль перегона на носитель — это совершенно новое ощущение от песни, и было крайне сложно поймать то, что нужно. В целом скажу, что главная задача магической звукорежиссуры состояла в том, чтобы сделать так, чтобы альбом можно было слушать сутками, чтобы было комфортно для слуха. А эта психоакустическая задача не из легких, все-таки мы имели дело с фузовыми гитарами, перегруженным вокалом и сатурированным миксом.

Со стороны и кажется, что альбом вам дался непросто. Довольны ли вы результатом?

Чак: Это сложный и многослойный альбом. C первого раза он точно вам не зайдет. Ему просто надо дать шанс вас убедить, и тогда вы уже не слезете с этой иглы.

Какова реакция на альбом у ваших друзей и соратников? Оправдываются ли ожидания? Может быть, вы были удивлены какой-то реакцией?

Чак: Равнодушных точно нет.  Но на удивление иностранным друзям заходит на ура. Нашим — кому как. Просто мы не играем модную музыку, соотвественно, это сразу минус хайп. И все же даже те, кто полностью мимо рок-музыки, умудряется сказать на одну из песен: а вот эта норм, а тем, кто в теме, заходит однозначно.

Что для вас Car­di­nal, как он связан с другими вашими проектами? С Аргументом?

Алексей:  Car­di­nal - это настоящая рок-история, я поиграл со многими хорошими и плохими парнями,  но такое общение и взаимопомощь, как в Car­di­nal, встречается редко. Мы можем спорить по песням, но, так или иначе, мы остаемся друзьями. Это хороший тон и традиция.

Чак: Сar­di­nal и Аргумент  — это вообще диаметрально противополjжные вещи. Музыкально, конечно, что-то можно найти на последнем альбоме Аргумента, что в сильно трансформированном виде перешло в Car­di­nal, но это неудивительно, и там, и там я был гитарист.

Если можно, немного истории, как проект появился, почему группа именно так названа?

Алексей:  Изначально я задумал, что группа будет называться Серый Кардинал, это было очень темно и концептуально. В каком-то смысле это пересекалось с лирикой моего металического проекта LWFDIHH, так что название пришло довольно быстро. Чак предложил оставить просто Кардинал, так оно и прижилось. Еще мне нравилось, что кардинал – это еще и “редкая птица”, словно намек на Rare Bird. Кстати, забавно то, что мы искренне пытались поменять название перед релизом, но у нас не получилось найти что-то лучше, теперь сомнения в названии исчерпаны.

Чак: Проект появился у меня в голове после простоя Аргумента. Леха записывал последний Аргумент, и я сразу понял, что меня с этим парнем связывает общий взгляд на музыку. Мы поджемили — и все.

А насчет названия Car­di­nal, оно сильно к нам прилипло, оно отлично звучит по-русски и не по-русски. В общем, мы как-то с ним сроднились.

Презентация альбома состоится 2 февраля в «Китайском летчике Джао Да».

беседовал Виктор Пучков