Самое важное — это приключение языка. Как русская интонация, ее твердый приступ, роняет образность и кленется в верности западным 60-м. Всплеснусь, воскресну и вернусь, говорит Сорокин. Похоже. Эти два альбома смотрятся друг в друга, как полюса батарейки, никогда не сблизятся, но электричество пустят, а там разбирайте сами: вперед и вверх; наверное, без значения, но радостно, радостно отчего-то. Язык — это эмоция, а музыка — универсалия. Вот такая конструкция, почти Вавилонская башня, хрупкая.

* * *

Inna Pivars & The Histri­onesСны Клепсидры

Группе, образованной вокруг актрисы Инны Пиварс, идет восьмой год, и это их третий номерной лонгплей. Клепсидра — это водяные часы, сны, таким образом, — это воспоминания, а сама пластинка — о времени. В каком-то смысле это итоговый альбом.

Группа никогда не стремилась делать что-то грандиозно большое, отдавая предпочтение воздушной эстетике тви-попа, барочной музыке и раннероссийскому инди: то есть тем жанрам, которые находятся у границы времени, а значит неустойчивы. Поиск баланса отразился не только собственно в музыке коллектива, но и в его названии, которое не единожды изменялось, пока не пришло к самому точному — гистрионы. Так зафиксировалась система — театр, средневековье, маски, вот это все. Странным образом это лишь осовременило их музыку. Тихим мирам весь ветер попутный. Сны Клепсидры — самый гармоничный альбом группы. Это не сделало его устойчивее и прочнее, Гистрионы — группа парадоксов. Музыка освободилась: актеры перебирают, не ограничивая себя, множество инструментов, собирают новые девайсы, сочиняют песни на ходу — и звук становится текучим и легким, туманным и нарочито неуловимым, драматургически выверенным и предельно прогрессивным. Он существует одновременно и в советских киноодиссеях, и в романтических летних шестидесятых, и на закате Возрождения.

Сами музыканты настаивают на этой неопределенности. Альбом содержит инструкцию с правилами прослушивания. В ней максимальная камерность: темнота, отключенные средства связи, свобода возникающих образов. Невыполнимые, в общем, условия. И здесь актер снова сбрасывает маску: пародируя лаундж, саундтреки к несуществующим картинам, высокопарность прог-рока, Сны Клепсидры, подобно великому испанскому роману, меняют оптику, как призма собирает радугу, как капля отмеряет секунду, как звук включает значение.

Мне нравится эта игра по-крупному. Говорят, что это последний альбом группы, возможно, но даже если и так, то еще один аргумент в его пользу: все великое сегодня можно сделать только на грани, а Сны Клепсидры — это великий альбом, смысл которого будет тем яснее, чем больше времени он отмерит.

* * *

Прекрасная ЗеленаяСливы

Сливу сажают в приготовленную с осени ямку, аккуратно засыпают корни, подмешивая в образовавшиеся пустоты минеральные удобрения, закрепляют саженец земляным холмиком так, чтобы его корневая шейка была выше участка на 3–4 сантиметра. После посадки саженец поливают двумя-тремя ведрами воды, а после усадки корневища ствол мульчируют торфом. Главным условием вызревания сливы является солнце и добавки из этилена. Так плод станет сладким с приятной кислинкой.

Сложно сказать, пользовалась ли группа Прекрасная Зеленая этой рекомендацией, но вкус их Слив примерно такой. Во всяком случае саженцы они точно получили от белокудрого бога калифорнийской гаражной волны Тая Лебедя и его друга Чарли Лунного Сердца, и те, видимо, неплохо прижились в башкирской земле.

Формула простая — петь нужно на родном языке, так от тебя отскочит ярлык эпигона. Далее: отсерферный рок-н-рольный квадрат, немного ионики — душная и потная атмосфера создана, все по классике, огонек Прометея от Вконтакте гарантирован. Говорят, Джон Леннон мог часами сидеть напротив зеркала до тех пор, пока не начинались видения. Мне кажется, Прекрасная Зеленая работает схожим образом, на боковой границе зрения начинают проклевываться различия. Их звук, в отличие от калифорнийского гаража, получается камерный, русский язык не любит простора, с одной стороны, но и предельно открытый, с другой, как первые бокалы сливового вина. И в этом взаимоисключающем эффекте состоит значение всех 30-ти минут альбома из 10 треков.

Уфимская группа Прекрасная Зеленая начиналась как проект одного человека, стать ансамблем сегодня не великая затея, но спеть сыгранные спустя годы песни — самый правильный шаг. Побеждает тот, кто остается.

–Виктор Пучков, обложки обработаны: Vin­ci