Меня очень тронул это текст. Не могу им не поделиться. Спасибо парням из Anfield Voice, что перевели. 

23 сентября ФИФА назвала Юргена Клоппа тренером года. Еще раньше, чем он был им признан, этот мужик с бровки, как он сам себя аттестовал, стал настоящим сказочником, так получилось. Ниже его статья для Play­er’s Tri­bune, в которой босс рассказывает о пути, правде и мечте. Это великий текст. Без дураков.

* * *

Я хочу начать с немного постыдной истории, потому что иногда мне страшно, что мир вокруг смотрит на футболистов и тренеров, будто мы боги или что-то в этом духе. Как христианин, я верю только в одного Бога и могу заверить вас, что Бог с футболом не связан никак. Правда в том, что мы все ошибаемся, постоянно. И когда я был молодым тренером, я допускал много ошибок.

Это одна из таких историй.

Вернёмся в 2011 год. Моя «Боруссия» играла против мюнхенской «Баварии», это был важнейший матч в лиге. Мы не выигрывали в Мюнхене 20 лет или около того. Меня всегда вдохновляли фильмы, поэтому, когда мне нужно мотивировать парней, я всегда думаю о Рокки Бальбоа. Мне кажется, нужно показывать первую, вторую, третью и четвертую часть «Рокки» в школах по всему миру, где-то на уровне с изучением алфавита. Если ты посмотрел эти фильмы и не хочешь взобраться на самую вершину мира, с тобой, кажется, что-то не так.

В общем, вечером перед игрой против «Баварии» я позвал всех игроков в отель на предматчевое собрание. Ребята сидели, свет был выключен. Я решил сказать им правду о сложившейся ситуации: «Когда «Дортмунд» в последний раз побеждал в Мюнхене, большинство из вас всё ещё носило памперсы». Потом я включил им несколько сцен из «Рокки 4» на большом экране. Это часть с Иваном Драго, настоящая классика.

Драго на беговой дорожке, к нему подключены компьютеры, мониторы, ученые его исследуют. Помните? Я сказал парням: «Видите? «Бавария» — это Иван Драго. Лучшие из лучших! Лучшие технологии! Лучшие машины! Он неудержим!».

Потом вы видите, как Рокки тренируется в Сибири в своей маленькой избушке. Он рубит сосны и тащит их по снегу, взбегает на горы, просто сходит с ума.

И я сказал парням: «Смотрите! Это мы. Мы — Рокки. Мы меньше, да. Но у нас есть страсть! У нас сердце чемпионов! Мы можем сделать невозможное!!!». Я продолжал в таком духе, и в какой-то момент посмотрел на парней, чтобы увидеть их реакцию. Я ожидал, что они будут едва сидеть в креслах, рваться на поле уже сейчас, пойти взбежать на гору в Сибири, все что угодно.

Но все просто сидят, смотрят на меня пустыми глазами. Абсолютно пустыми. Если бы это был фильм, в эту сцену бы наложили звук сверчков.

Они смотрели на меня, и в глазах читалось: «О чем, черт возьми, говорит этот сумасшедший мужик?».

И тогда я понял, что «Рокки 4» вышел где-то в 80‑х годах, а когда родились мои игроки?

Наконец, я сказал: «Секунду, ребята. Пожалуйста, поднимите руку те, кто знает, кто такой Рокки Бальбоа».

Подняли руку два человека — Себастьян Кель и Патрик Овомойела. Остальные: «Не, босс, извините».

Вся моя речь насмарку! Это самый важный матч сезона. Может, самый важный в жизни для некоторых из этих ребят. И тренер последние 10 минут распинается и кричит о каких-то советских технологиях и Сибири! Ха-ха-ха! Разве можно в такое поверить? Мне пришлось начать всю речь с начала.

Такая жизнь, такие вещи в ней случаются. Иногда нам приходится немного опозориться. Ты думаешь, что произносишь величайшую речь в истории футбола, а на самом деле несешь полную чушь. Но следующим утром мы просыпаемся и снова делаем свое дело.

Знаете, что самое странное в этой истории?

Я, честное слово, не могу вспомнить без подсказки, выиграли мы тот матч или проиграли. Кажется, я толкал эту речь в 2011 перед нашей победой 3–1, и тогда история была бы намного красивее, но я не уверен на 100%, что это так.

Именно это люди не всегда понимают в футболе: ты забываешь результаты, они перемешиваются в голове. Но эти ребята, это время в моей жизни, все эти маленькие, но такие важные истории… Я никогда их не забуду.

Мне выпала честь получать награду лучшему тренеру по версии ФИФА прошлым вечером, но мне совсем не нравится стоять на сцене с трофеем одному. Все, чего я добился в футболе, стало возможным только благодаря тем, кто меня окружал. Не только игрокам, но и моей семье, моим сыновьям, всем тем, кто был со мной с самого начала, когда я был самым средним человеком, которого только можно представить.

Честно говоря, если бы 20-летнему мне явился призрак будущего и сказал, что произойдёт в моей жизни, я бы не поверил ему ни на секунду. Если бы сам Майкл Джей Фокс прилетел из будущего на своей летающей доске и рассказал, что случится, я бы сказал, что такое просто невозможно.

В мои 20 лет произошел момент, который навсегда полностью изменил мою жизнь. Я сам был всё ещё ребенком, но только что стал отцом. Время было для этого не лучшее, скажем честно: я играл в любительской лиге и учился в университете. Чтобы платить за обучение, я работал на складе, где хранились фильмы для кинотеатров. И для молодых читателей: речь не о DVD-дисках. Это был конец 80‑х годов, все по-прежнему было на пленке. Грузовики приезжали каждое утро в 6 часов, забирали новые фильмы, и нам приходилось загружать и разгружать эти огромные кузова. Бобины с пленкой были достаточно тяжелыми, честное слово. Мы молились, чтобы сегодня не показывали никаких длинных фильмов, которые были записаны на четырех бобинах, как «Бен-Гур» или что-то в этом духе.

Я спал по четыре часа в день, ехал на склад с утра, потом на учебу днем, тренировался с командой вечерами, а потом возвращался домой и пытался провести хоть немного времени с сыном. Было тяжело, но это время научило меня кое-чему о настоящей жизни.

Мне рано пришлось стать очень серьёзным человеком. Мои друзья по старой памяти звали меня в пабы вечерами, и каждая клетка моего организма говорила: «Да! Да! Соглашайся, пойдем!». Но, конечно, я не мог пойти ни в какой паб, потому что жил не только для себя. Малышам наплевать, насколько ты устал, как сильно хочешь спать и как давно ты не спал до обеда. Когда ты заботишься о будущем маленького человека, которого привел в мир именно ты, вот это настоящая забота. Вот это настоящая проблема. Ничто из того, что случается на футбольном поле, не может сравниться с этим.

Люди иногда спрашивают, почему я всегда улыбаюсь. Иногда даже после проигранных матчей я даю интервью с улыбкой на лице. Мой ответ: потому что когда родился мой сын, я осознал, что футбол далек от дела жизни и смерти. Мы не спасаем жизни. Футбол не должен распространять ненависть и злость ни в каком виде. Футбол должен быть вдохновением, надеждой и радостью, особенно для детей.

Я видел, как маленький круглый мяч изменил судьбы стольких моих игроков. Собственные дороги к успеху таких ребят, как Мо Салах, Садио Мане, Роберто Фирмино и множества других просто невероятные. Сложности, с которыми я столкнулся по молодости в Германии, — просто ничто в сравнении с тем, что пережили они. Они могли сдаться столько десятков и сотен раз, но они отказались сложить оружие. Они не боги, они просто не бросили свою мечту.

Думаю, 98% успеха в футболе — это научиться справляться с неудачами и уметь улыбаться и получать удовольствие от игры на следующий день после поражения.

Я учился на ошибках с самого начала. Никогда не забуду первую из них. 2001 год, я только что получил работу в «Майнце», где играл последние 10 лет. Проблема была в том, что все ребята все еще были моими друзьями. И вдруг за ночь я стал их боссом. Но они по-прежнему называли меня: «Клоппо».

Когда я выбирал состав на первый матч, я решил, что будет правильным подойти к каждому и сказать ему лично, в основе он или нет. Что ж, план был отвратительным, потому что мы жили в комнатах по двое. Представьте себе, я прихожу в первую комнату, встаю между двумя парнями, которые сидят на своих кроватях, поворачиваюсь к одному и говорю: «Ты завтра в старте». А потом поворачиваюсь к другому и говорю: «Извини, ты начнешь на скамейке запасных».

Я осознал, насколько глупым был мой план, когда второй игрок посмотрел мне прямо в глаза и спросил: «Но, Клоппо… Почему?». Чаще всего, нет никакого ответа на такой вопрос. Единственный универсальный ответ — на поле могут выйти только 11 игроков.

К сожалению, мне пришлось проделать это еще восемь раз: 18 игроков, по двое в девяти комнатах. Два парня, один в старте, другой нет. Каждый раз: «Но, Клоппо… Почему?».

Ха-ха! Это было пыткой! Самый первый раз, когда я по-настоящему наступил в дерьмо в качестве тренера. Что поделаешь? Берешь салфетку, вытираешь подошву и стараешься смотреть под ноги в следующий раз. Но их было ещё очень много.

Если всё ещё не верите мне, просто подумайте: даже мой самый великий успех в качестве тренера родился из настоящей катастрофы.

Проиграть «Барселоне» 3–0 на «Камп Ноу» в полуфинале Лиги Чемпионов — это худший результат, который можно себе представить. Когда мы готовились к ответному матчу, я говорил с парнями очень прямолинейно. Никакого Рокки в этот раз. В основном мы говорили о тактике, но еще я сказал им правду: «Мы играем без двух лучших нападающих в мире. Весь мир говорит, что это невозможно. И, если честно, наверное, это невозможно. Но это вы, парни. И потому что это вы, у нас есть шанс».

Я действительно верил в это. Дело было не в том, насколько мои ребята хороши как футболисты. Дело в том, какие они люди, и с чем они сталкивались в жизни. Единственное, что я добавил к сказанному: «Если мы проиграем, давайте сделаем это прекрасно».

Конечно, мне легко говорить эти слова. Я просто мужик, который орет с бровки. Намного сложнее было футболистам, потому что им нужно было это не просто сказать, а сделать. Но это мои парни, и именно поэтому, а еще из-за 54 000 человек на «Энфилде», мы сделали невозможное.

Что прекрасно в футболе, так это то, что ты не можешь сделать ничего в одиночку. Ни-че-го, поверьте мне.

К сожалению, самый невероятный момент в истории Лиги Чемпионов… Я его не видел. Может, это хорошая метафора для жизни футбольного тренера, не знаю. Но я абсолютно пропустил этот гениальный момент от Трента Александра-Арнольда.

Я видел, как мяч ушел на угловой. Я видел, как Трент пошел его подавать. Видел, как Шакири шел за ним. А потом я отвернулся, потому что мы готовили замену. Я говорил со своим помощником, и…

Знаете, у меня до сих пор мурашки по телу каждый раз, когда я вспоминаю это… Я просто услышал шум. Нет, не так. ШУМ.

Я повернулся к газону и увидел, как мяч залетает в ворота. Повернулся обратно к скамейке, посмотрел на Бена Вудберна, и он спросил у меня: «Что только что произошло?!». А я сказал: «Без понятия!».

«Энфилд» просто — ох! — просто сошёл с ума. Я едва слышал Пепа [Лийндерса], а он кричал: «Нам всё ещё нужно делать замену?». Ха-ха-ха! Никогда не забуду, как он это говорил. Это навсегда останется со мной.

Представляете? Восемнадцать лет в качестве тренера, миллионы часов просмотренного футбола, и я пропустил самую хитрую вещь, которая когда-либо происходила на поле. С этой ночи я пересмотрел гол Дивока, наверное, 500 000 раз. Но своими глазами я видел только как мяч влетает в сетку.

Когда я вернулся к себе в комнату после матча, я даже не выпил пива. Мне просто не хотелось и не было нужно. Я сидел с бутылкой воды в тишине, улыбаясь. Это чувство, которое невозможно описать словами. Когда я вернулся домой, моя семья и друзья были у нас дома, все настраивались на большую вечеринку. Но я был настолько измотан эмоционально, что просто пошел в спальню, один. Я потратил все запасы энергии: тело и мозг были абсолютно опустошены.

Это был лучший сон в моей жизни.

А лучший момент — когда ты просыпаешь следующим утром и понимаешь: «Это правда. Это действительно случилось».

Для меня футбол — единственная вещь, которая вдохновляет больше, чем кино. Я проснулся с утра, и оказалось, что магия была настоящей. Мы действительно вырубили Драго. Это было на самом деле.

Я думал об этом с июня, когда мы возили трофей Лиги Чемпионов по улицам Ливерпуля. У меня нет слов, которые могут описать эмоции того дня. Мы ехали на автобусе, и каждый раз, когда мы думали, что парад уже должен закончиться — просто не может в Ливерпуле быть столько людей — мы поворачивали за угол, и парад продолжался. Просто нереально. Если бы можно было взять все эмоции, радость и любовь того дня, запаковать в баночку и раздать всем людям, мир стал бы намного лучшим местом.

Я до сих пор не отошел от эмоций того дня, они по-прежнему в моей голове. Футбол дал мне все, что есть в моей жизни, но я очень хочу попробовать поделиться с миром. Легко говорить, конечно. Но как мне по-настоящему что-то поменять?

За последние несколько лет меня очень вдохновило то, что Хуан Мата, Матс Хуммельс, Меган Рапино и многие-многие другие присоединились к проекту Com­mon Goal. Если вы не знаете, чем они занимаются, то это движение, в рамках которого более 120 игроков жертвуют 1% своих доходов в пользу футбольных негосударственных организаций по всему миру. Они уже помогли футбольным программам в ЮАР, Зимбабве, Камбодже, Индии, Колумбии, Великобритании, Германии и во многих других странах.

Это не какой-то междусобойчик богатейших футболистов мира. Весь стартовый состав женской сборной Канады по футболу присоединился. Футболисты из Японии, Австралии, Шотландии, Кении, Португалии, Ганы присоединились… Как можно не вдохновляться этим? Это именно то, о чем должен быть футбол.

Я просто хочу быть частью этого. Именно поэтому я буду жертвовать 1% своей годовой зарплаты в пользу Com­mon Goal и надеюсь, что многие люди в футбольном мире последуют за мной.

Давайте честно, ребята. Нам очень повезло. И это наша обязанность, как людей с привилегиями, — делиться с миром. С детьми по всему миру, которым просто нужен шанс в жизни. Мы не можем забывать, каково было нам, когда у нас были настоящие проблемы. Пузырь, в котором живем мы, люди футбола, — это не настоящий мир. Извините, но ничего, что происходит на футбольном поле, не может быть настоящей проблемой. У прекрасной игры должно быть большее предназначение, чем просто доход и трофеи, разве нет?

Просто подумайте, чего мы все могли бы добиться, если бы собрались вместе и пожертвовали 1% того, что зарабатываем, чтобы мир стал чуточку лучше. Может, я наивный. Может, я сумасшедший старый мечтатель.

Но для кого эта игра?

Мы все чертовски хорошо знаем, что эта игра — для мечтателей.

–текст: Юрген Клопп, перевод: Антон Чистяков, фото из сети