Феликс Сандалов написал любопытный текст о музкритике. Можно умиляться этой ставшей вдруг модной интонации поучения-советования, можно сигнализировать о совпадении дирекций, можно спорить о содержании, не соглашаться, от этого текст станет еще умилительнее, красивее и любопытнее. Давайте же проделаем последовательно все операции. (Спойлер: ниже много ссылок на мои предыдущие посты.)

1. Мне очень досадно, когда русскому мусжуру (да и не только муз-) стараются навязать западные образцы как бесспорный и идеальный пример. Увы, во-первых, и они не так круты, как нам хотелось бы, а, во-вторых, английский язык, увы, не настолько близок нашему, чтобы безоглядно считать условную “статью о” в Band­camp Dai­ly чем-то универсальным. Это не так. О собственно языке, его развитии, отчего-то профессионалами говорится мало. Да, Феликс пишет о ритме, недопустимости излишеств, тропов, каламбуров, прилагательных даже и проч., но все это не добавляет ответа на вопрос о качестве языка. Кажется, что нужно лишь найти универсальный лингвистический темплейт и вставить его в шаблон, чтобы получить (лучше сказать — сгенерировать) правильный текст о музыке. О языке ли тут речь? Вряд ли. Не от этого ли так приятнее писать о Билли Айлиш, чем о Crispy News­pa­per? Такой подход лишает критика понимания и речи, а не наоборот. Я убежден, что именно пресса (из-за отсутствия литературы — об этом ниже) должна сегодня развивать язык, пересматривать нормы, менять взгляды на мир, потому что именно язык, видимо, смотрит. Конечно, текст Феликса не манифест, поэтому я точно преувеличиваю, но мне хочется, чтобы такой манифест был и состоялся.

2. Мне очень досадно, когда нивелируют значение дружбы. Не дружите с музыкантами, не берите проходки. Корысть — это плохо. Но разве корысть как-то связана с дружбой? Разве дружба не рождает новый язык, за который вроде как мы боремся? Разве дружба не меняет мир? По-моему, дружба (т.е. в широком смысле сообщество) — самый правильный способ выживания. На дружбе, видимо, стоит феномен макулатуры. Дружба же держит группу Психея и Feodoq. А если говорить про так называемый западный мир, разве не дружба Кейт Ле Бон и Бредфорда Кокса сделала последний (и суперкрутой) альбом Deer­hunter? Дружбой интересны The Hor­rors и все примыкающие к ним группы и проекты.

3. Мне досадно, когда музыкальная журналистика берет пример с литературной критики. Во-первых, нельзя подражать тому, чего нет. Во-вторых, Феликс пишет об организованном сообществе литкритиков. Но это неверно. Вся их организованность заключается в двух вещах. Первое: коллективное шлифование друг друга в фб и инсте; второе: обслуживание интересов монополии и примыкающих к ней историй. Феликс называет это (по другому, правда, поводу) сервисом. Очень верно. Посмотрите, допустим, на эволюцию Егора Михайлова. Или последнего лауреата премии Литблог. Воспроизводство сервисов, отсутствие разговора, дружбы и ее признаков, а также стрекотание шлифмашинок, не делайте так.

На этом досады кончаются. Рождается умиление, красота и любопытство. Правда.

И еще по теме. И еще.

–В.П., картина: Vale­rio Car­rub­ba